• Главная
  • «Не уверен, что здесь мы будем нужны». Что ждет ювелирный бизнес в России

Будь в курсе

«Не уверен, что здесь мы будем нужны». Что ждет ювелирный бизнес в России

«Не уверен, что здесь мы будем нужны». Что ждет ювелирный бизнес в России

Россия богата сырьем, здесь добывают драгоценные металлы, алмазы, некоторые драгоценные цветные камни. Но с современным ювелирным искусством нашу страну ассоциировать трудно. Фаберже, Болин, Сазиковы, Хлебников и другие имена больших мастеров остались в прошлом. О нынешних знают немногие. Между тем российские ювелирные дизайнеры отчаянно пытаются работать и радовать своих клиентов, даже несмотря на проблемное законодательство, рост цен на сырье и падение потребительского спроса. К неблагоприятным экономическим показателям добавилась и непростая политическая обстановка в мире.

Цены на сырье и расходные материалы

В России добывают все основные драгоценные металлы: золото, серебро, платину, палладий, но все это биржевые товары, цена на них номинируется в долларах США и потом пересчитывается по курсу национальной валюты.

«На 22 февраля 2022 года учетная цена ЦБ за 1 г золота составляла 4700 руб., а к середине марта уже 7400 руб., цены на драгоценные камни также привязаны к валютному курсу, — говорит глава гильдии ювелиров России Эдуард Уткин. — Таким образом, сырье в среднем дорожает на 50–55%, даже добываемое на территории нашей страны».

Производители отмечают, что цены на серебро, как правило, следуют за ценами на золото. Кроме драгоценного сырья, ювелиры используют на производстве массу расходных материалов и оборудования.

«Формомасса, воск, резина, инструменты, полировальные пасты и абразивы, легирующие добавки — все это закупается за рубежом. Отечественного производства этих материалов не существует, так что сейчас они подорожали вдвое», — продолжает Уткин.

Проблем российским ювелирам добавила текущая международная экономическая ситуация.

«Импорт камней и ювелирных украшений максимально затруднился, есть существенные проблемы с логистическими цепочками, катастрофически большая часть перевозок не функционирует из-за того, что авиаперевозчики лишены страхового покрытия и не могут осуществлять доставку на территорию РФ.

Огромная часть банков из стран, традиционно импортирующих драгоценные и полудрагоценные камни, отказывается принимать контрактные платежи от российских банков. При этом Россия производит в основном бриллианты, что не покрывает весь ассортимент ювелирных вставок, пользующихся стабильным спросом у покупателей», — считает сооснователь и партнер компании Parure Atelier Василий Фролов.

«Мы больше не можем продаваться за рубежом, пока все наши договоренности с европейскими партнерами поставлены на длительную паузу. Коллаборации со знаменитостями и зарубежными компаниями отменены. Глобально планы на экспорт под большим вопросом. Что в свою очередь неприятно, но не фатально — мы все же русский бренд. Впрочем, понимая реалии, я не уверен, что и здесь мы будем нужны», — говорит Михаил Барышников, основатель марки Anima.

Излишнее внимание государства

Россия — единственная страна в мире, в которой золото и бриллианты подлежат государственному контролю, а ювелирная отрасль относится к ведомству Министерства финансов. Будучи контролирующей фискальной структурой, Минфин каждое ювелирное изделие оценивает с точки зрения оборота драгметаллов определенной пробы. «У нас перекос в сторону контроля, — говорит глава гильдии ювелиров России Уткин. — В отчетности Минфина нет показателей развития ювелирной отрасли, роста продаж или объема производства. Оно следит за тем, чтобы ничего не украли и заплатили налоги».

Во многом это наследие советского периода, когда государство пыталось отслеживать перемещение любых драгоценных металлов и камней на своей территории. Отсюда проблемы с отправкой ювелирных изделий по почте, высокие пошлины и огромное количество бумажной волокиты — ювелирный рынок во многом регулируется запретами. Государство будто опасается, что его обманут собственные граждане.

«Мы законопослушные, но мера ответственности весьма велика и мы чувствуем постоянный надзор за нашей деятельностью», — признается Ирина Окутова, сооснователь бренда Elena Okutova. Ее фирма вынуждена заключить договор с компанией, специализирующейся на бухучете и юридическом сопровождении предпринимательской деятельности. Государственному надзору подлежит даже покупка украшения в бутике — его осуществляет Федеральная служба по финансовому мониторингу.

«Представьте себе: клиент пришел купить у вас колье за полмиллиона рублей, а вы при этом обязаны потребовать его паспорт и снять копию. Чистое издевательство над бизнесом», — считает ювелир Сергей Изместьев, основатель и владелец Izmestiev Diamonds.

«Главная проблема для нас как для российского производителя, который хочет развивать свой бренд не только в России, — это сложность экспорта. Нашим законодательством не предусмотрена доставка украшения на адрес иностранного физического лица, увидевшего наше изделие на сайте и пожелавшего сделать покупку», — сетует ювелир Лиза Борзая, основатель компании Liza Borzaya.

В цивилизованном мире отправить ювелирное изделие клиенту, живущему в другой стране, можно с помощью курьерской службы FedEx. В России необходимо иметь разрешение на внешнеторговую экономическую деятельность, что предполагает особый вид учета, а саму операцию невозможно осуществить без таможенного брокера, чья работа оценивается минимум в 60 тыс. руб. за единицу товара.

Ограничения касаются также участия отечественных ювелиров в международных выставках — для большинства это неподъемные затраты, в том числе на оформление сопроводительных документов. Предприниматели предпочитают вывозить драгоценности как свою частную собственность, оформляя таможенную декларацию.

Обязательная маркировка

Маркировка изделий позволяет полностью отследить жизненный путь ювелирного предмета — от момента добычи сырья до продажи конечному потребителю. Вся информация об изделии содержится в уникальном коде, который предоставляет оператор маркировки Гознак. База данных хранится в ГИИС ДМДК (Государственной интегрированной информационной системе в сфере контроля за оборотом драгоценных металлов и драгоценных камней).

«Изначально это была совершенно разумная идея по построению эффективной системы контроля за оборотом ювелирных изделий, — считает глава гильдии ювелиров России. — Первоначально предполагалось нанесение штрих-кодов на бирки украшений. Но со следующего года начинается новый этап маркировки, который обязывает наносить лазерную метку DataMatrix непосредственно на поверхность изделия — этим будет заниматься Федеральная пробирная палата. Эта мера уже избыточная, а кроме того, непродуманная и технически неподготовленная».

Формально маркировка украшения осуществляется за счет государства, но производитель должен приобрести программное обеспечение, сканер для считывания кодов, создать дополнительное рабочее место. Для конкретного производителя увеличение расходов составит до 3%, а для отрасли в целом эти дополнительные затраты на ближайшие два года составят 20 млрд руб. К марту 2024 года индивидуальные коды должны получить все без исключения ювелирные изделия, в том числе ныне лежащие на прилавках.

Не удивительно, что большинство ювелирных дизайнеров из небольших компаний считают обязательную маркировку очередным усложнением в развитии малого бизнеса. Одной из неразрешимых проблем остается централизованное пробирование: процедуру осуществляет только Федеральная пробирная палата — нет ни лицензированных компаний, ни возможности пробировать вещи самостоятельно. Очевидно, что процесс маркировки ювелирных изделий небыстрый, а кроме того, возникает риск сколов, царапин и прочих повреждений, ведь пробирное ведомство не заинтересовано в бережном отношении к ювелирному предмету.

Отмена налоговых льгот

9 марта был подписан закон об отмене НДС при покупке золотых слитков физическими лицами в качестве альтернативы долларовым инвестициям.

«Это правильное решение, но вместе с тем государство опасается, что люди начнут пристраивать свои слитки ювелирным предприятиям, те начнут выпускать продукцию из металла, с которого не уплачен НДС, потом изделия попадут на реализацию в магазин, который тоже не является плательщиком НДС. Так по всей цепочке налог исчезает. Чтобы ликвидировать этот риск, для ювелирной отрасли решили упразднить специальный налоговый режим»,— объясняет логику принятого законного акта Эдуард Уткин. До сих пор упрощенную систему налогообложения (УСН) — налог с выручки 6% — могли применять небольшие ювелирные компании до 130 человек, чья выручка не превышала 200 млн руб. в год, а доля других организаций в предприятии составляла не более 25%.

Законопроект об отмене УСН на рассмотрение Госдумы внес депутат Владислав Резник. В его пояснительной записке говорилось: «Общий объем дополнительных поступлений НДС в связи с отменой возможности применения специальных налоговых режимов в ювелирной отрасли оценивается в 20–30 млрд руб.». С 1 января 2023 года все ювелиры переходят на ОСНО (общую систему налогообложения) и будут платить 20% налог на прибыль, 20% НДС и до 2,2% на недвижимость, земельный участок и транспорт.

Первой отреагировала на нововведение Наталья Брянцева, основательница марки Avgvst, которая написала у себя в инстаграме (российский суд запретил соцсеть в России за экстремистскую деятельность): [новый закон] «убил 1200 ювелирных магазинов и расчистил 45% рынка… Это [нововведение] коснется всей ювелирной отрасли, производств, гранильных мастерских, мастерских по ремонту, маленьких дизайнерских марок — более 10 000 предприятий, сотрудники которых останутся без работы».

«Уничтожением малого ювелирного бизнеса» называет отмену УСН Сергей Изместьев: «Это абсолютно коррупционный закон, который лоббировали несколько крупных игроков отрасли и при этом они ловко скрыли его под благовидной инициативой отмены НДС на покупку золотых слитков». Очевидно, что крошечная семейная фирма и градообразующий ювелирный завод не могут применять единую систему налоговых вычетов.

Малый ювелирный бизнес оценивает рост налоговых отчислений в пределах 20–40%.

«Переход на ОСНО станет настоящей драмой для отрасли, — уверена Ксения Поднебесная, сооснователь и совладелец компании Podnebesnaya & Podnebesny. — Упрощенная система налогообложения позволяла талантливым ювелирам начать и вести свой бизнес. Теперь для большинства малых предприятий это станет невозможным.

Предполагаю, 35–40% компаний в отрасли просто не выживут в таких условиях. Это печально, ведь среди них достаточное количество семейных компаний, для которых бизнес — это дело жизни. Для моего ювелирного дома это означает колоссальное сокращение прибыли плюс расходы на дополнительный персонал для работы с ОСНО».

Действительно, эта система налогообложения более сложная, а значит, требует более квалифицированного бухгалтерского учета и покупки дополнительного программного обеспечения. Возрастают и риски по неправильному оформлению документации. При переходе на ОСНО с 2023 года малому бизнесу придется одномоментно поднять цены на всю продукцию на 20%. В результате до половины ювелирных компаний уйдут с рынка, и вернутся те советские времена, когда у каждого уважающего себя человека был знакомый мясник, портной и ювелир.

«Для маленьких компаний, работающих в невысоком ценовом бюджете, снижение покупательской способности в 2022 году в совокупности с обязательным переходом на ОСНО может стать последней каплей», — считает Дмитрий Мокринский, Parure Atelier.

Рост цен и сокращение отрасли

Сегодня ювелиры оказались в очень тяжелом положении. Сошлись сразу несколько ключевых факторов: рост цен на сырье, усиление контроля со стороны государства и падение покупательского спроса. Все это создает условия для серьезной стагнации и сокращения ювелирного бизнеса, по некоторым прогнозам, до 60–70% и даже до 80%.

«Себестоимость моих ювелирных украшений в рублях уже повысилась минимум вдвое, при этом покупательская способность рубля упала в разы», — говорит Сергей Изместьев.

«Чтобы выйти в прибыль, малым предприятиям придется увеличить отпускную цену процентов на 60, и она станет неконкурентной. Сильнее всего это ударит по конечному потребителю, у него пропадет выбор», — считает Михаил Барышников.

«Мы стараемся не поднимать цены, — утверждают основатели Parure Atelier. — Что-то продаем по старому курсу, но некоторые позиции из наличия действительно подорожали на 10–15%. Рост цен на новые поставки в среднем составит порядка 20–25%, но ввиду того, что мы обладаем действительно обширной коллекцией камней, остается большой шанс, что клиент сможет выбрать камень из имеющихся в наличии».

«В течение двух месяцев многие игроки рынка примут решения о сокращении рабочей недели и численности штата (до 30–50%), — уверен Эдуард Уткин. — О закрытии предприятий можно будет говорить осенью. Если государство не окажет помощь реальному сектору экономики, до половины ювелирных компаний закроются ввиду бесперспективности дальнейшего существования».В реестр Федеральной налоговой службы внесено порядка 12 тыс. малых ювелирных предприятий, в которых занято примерно 100 тыс. человек.

Источник: style.rbc.ru

наверх